Шешминская новь
  • Рус Тат
  • Как оказался в Новошешминском Доме-интернате воин - "афганец", отец полковника МЧС

    Ни одного из тех, кто живет в домах-интернатах для престарелых и инвалидов, не назовешь баловнями судьбы. Каждый из них в силу тех или иных обстоятельств попадает сюда не от хорошей жизни. У каждого за плечами своя тяжелая ноша. Коренной казанец 61-летний Виктор Петрович Якимов живет в Новошешминском доме-интернате с мая...

    Ни одного из тех, кто живет в домах-интернатах для престарелых и инвалидов, не назовешь баловнями судьбы. Каждый из них в силу тех или иных обстоятельств попадает сюда не от хорошей жизни. У каждого за плечами своя тяжелая ноша.
    Коренной казанец 61-летний Виктор Петрович Якимов живет в Новошешминском доме-интернате с мая месяца. Он еще полон сил, помогает персоналу: хлеб разгружает, работал на новом парке, теплице, чинит часы - не любит сидеть сложа руки. Вежливый, общительный, поддерживает в комнате чистоту, любит читать, у него полка собственных книг, купил с пенсии отличный б/у телевизор. Кстати, никто из его взрослых детей не знает, что он здесь. Он пока не хочет им говорить. Старший сын - полковник МЧС, живет в Подмосковье, второй сын - в Самаре, дочь, 32 года - в Азербайджане. Все семейные.
    Когда ему было всего 3 месяца, остался без отца - несчастный случай на стройке. Мать работала на швейной фабрике, и одна тянула двоих детей. Школа, армия, техникум связи заочно с отличием, рост по службе от монтера до инженера по связи в институте приборостроения, женитьба на любимой девушке - все вроде складывалось хорошо. Первая «черная полоса» началась с Афганистана. Он уехал служить по контракту, уже имея двоих сыновей и дочь. Очень хотел заработать квартиру для семьи, т.к. жили в аварийном доме. Командовал отделением связистов почти два с половиной года. Но подорвался на мине, 8 месяцев лечили, затем комиссовали со 2 группой инвалидности. Не все гладко было со здоровьем у супруги, болезнь ее тянулась из детства, часто лечилась в больнице. В 1992 году в 37 лет она умерла, а 6 месяцами раньше ушла из жизни и его мать. Сыновья уже жили отдельно, 12-летнюю дочь забрала к себе свояченица. Виктор Петрович стал «воскресным папой». Работал в сервисе часовым мастером и по ремонту теле-радиоаппаратуры, неплохо зарабатывал. Наконец, дождался 2-комнатную квартиру, и то по программе переселения из ветхого жилья. Но одному не зажилось, написал «дарственную» на старшего сына, тот разменял квартиру на большую в Подмосковье. У среднего сына было жилье жены в Самаре.
    Виктор Петрович уехал в Мамадышский район, в деревню, просто «в никуда». Устроился на ферму скотником, от колхоза дали дом, стал зарабатывать. Через 9 лет колхоз развалился, он переехал в другую деревню, купил свой дом. Вскоре на дом (или место) кто-то позарился, взамен пообещав ему жилье под Казанью. По каким признакам «черные риэлторы» распознали в здоровом и еще нестаром мужчине потенциальную жертву, непонятно?...Он подписал все документы, а в итоге остался ни с чем.
    Вернулся в Казань, скитался по городу, по специальности не взяли - возраст не тот. Потом остался без документов - украли. Знакомые в Казани были и друг по Афганистану, но повидавшись, он уходил, не хотел стеснять. Обосновался в заброшенном гараже, кормился случайными заработками, в основном грузчиком на базаре. С началом холодов понял, надо спасаться, и обратился в Казанский Центр милосердия, где через 7 месяцев его направили в Новошешминск.
    Сейчас у него нет ни паспорта, ни военного билета, ни удостоверений на награды. А ведь ему вручали Орден Красной Звезды и три боевые медали, среди них медаль «За отвагу». Подал запрос в Подольск, в Главный штаб части, где служил, чтобы восстановить все военные документы (про боевые награды мы пишем с его слов - прим. ред.).
    Почему он тогда себя потерял, он и сам не знает. Может быть, одиночество сыграло с ним злую шутку?
    - Я привык доверять людям. И сейчас доверяю. Может в этом моя беда. Я всегда жил, где живется. Я зарабатывал, не стоял с протянутой рукой. Все у меня было…
    Он верит, что разыщет своих детей. Говорит, денег поднакопит и съездит к ним в гости, не виделся с ними и внуками 4 года. Еще в Центре милосердия пытался найти их в «Одноклассниках».
    - В Самаре есть еще старшая сестра. Но жить никому не поеду. Пусть живут своей жизнью, не хочу быть обузой. Дети ни при чем, что я остался без угла. Я сам виноват - прокатал все… Но хоть так, мечтаю когда-нибудь купить свой дом.
    Ольга ИВАНОВА

    Реклама

    Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: