Шешминская новь
  • Рус Тат
  • Учитель года Татарстана Радик Хабиров: «Я сторонник того, чтобы ученики пользовались гаджетами в школе»

    «Учитель года России-2018» Радик Хабиров дал интервью гендиректору АО «Татмедиа» Андрею Кузьмину.

    В преддверии Дня знаний победитель регионального этапа конкурса «Учитель года России-2018» Радик Хабиров в интервью гендиректору АО «Татмедиа» Андрею Кузьмину рассказал о том, почему решил сменить профессию, поделился опытом, как мотивировать учеников поколения Z, и высказал свою точку зрения на то, стоит ли запрещать мобильные телефоны в школе.

    – Приветствую. Спасибо за то, что согласился принять участие в нашей программе. Давай начнем издалека: почему ты пошел работать учителем? Это, наверное, самый задаваемый тебе вопрос.

    – Самый часто задаваемый и самый интересный, потому что моя история если не уникальная, то хотя бы редкая. Вообще я начал задумываться о профессии еще в школьные годы, как у всех это бывает. Я решил стать строителем. Я хотел стать проектировщиком, строить здания, города – в общем-то, созидать и творить.

    – У нас в середине августа День строителя, мы недавно поздравляли, чествовали их, мог бы там быть.

    – У меня два профессиональных праздника. И без тени сомнения я подал свои документы в строительный университет КГАСУ. Там до сих пор есть огромный плакат, где написан девиз: «Не каждому дано так щедро жить, на память людям города дарить». Проучившись некоторое время, я понял, что на самом-то деле это не в полной мере соответствовало моим интересам. Я понял, что я хотел строить не города и здания, не изучать тайны древних построек, а хотел строить мосты отношений между людьми, какие-то чувства с детьми…

    – Красиво говоришь. Не первый раз тебе этот вопрос задают (смеется).

    – Такие фразы я использовал во время написания эссе для конкурса. И таким образом я оказался в школе. Прошел переподготовку, получил право преподавать физику.

    – Пединститут окончил?

    – Да, в КФУ. То есть мой путь был немножко тернистый, непростой. Я понял, что мною двигало желание приносить пользу обществу. И я оказался в школе.

    – Ну да, строить личность и строить дом… Я понимаю твои аналогии, ассоциации. Они красивые. Но, тем не менее, строители-то больше денег получают, чем учителя.

    – А это интересный вопрос. Очень острый. На самом деле в сфере строительства финансовые возможности куда больше, но я думаю, что профессиональный педагог не останется без средств к существованию, потому что образование, как и медицина, и строительство, это востребованная сфера. Поэтому, я думаю, педагоги сейчас не жалуются, по крайней мере на степень заработка, на уровень зарплаты.

    – Кто тебе посоветовал в строительство идти? Не учителя?

    – Нет. Это был мой личный осознанный выбор, и в тот момент я не думал, что стану учителем. Ответственное решение о том, что я хочу работать в школе, пришло неожиданно. Когда я возвращался после работы домой, погруженный в эти проекты, и проходя мимо школы у нас во дворе, где играли в футбол, я услышал эти детские голоса, эти настоящие эмоции, настоящую живую жизнь, и мне просто захотелось окунуться в эту атмосферу. У меня на одной чаше весов стояли бездушные строения, какими бы крутыми они ни были, а на другой стороне – настоящие живые дети.

    – В лирику уходишь… Ты очень хорошо готовился к конкурсу. Как ты стал Учителем года Татарстана?

    – Эта история оказалась очень долгой. Сам конкурс проходит в несколько этапов: школьный, районный, городской, республиканский. И нужно пройти через эти четыре сита. Все школы соревнуются, и из района выходит несколько учителей в город, в городе соревнуются все учителя, и несколько учителей выходят на республику.

    – А как тебе мысль в голову пришла?

    – Все было довольно обыденно. Директор пригласила к себе в кабинет, предложила принять участие в этом конкурсе, за что я ей очень благодарен. И с этого дня все и понеслось.

    – То есть тебя надоумили старшие товарищи.

    – В самом деле, я им благодарен за то, что увидели некий потенциал, который мог бы, возможно, и не раскрыться. Конкурс «Учитель года» – это, наверное, самый престижный конкурс среди учителей, который позволяет раскрыть горизонты на эту сферу и оценить свои силы в ней, то есть наметить какие-то направления, куда можно стремиться. В этом плане он помогает раскрыться.

    – Как ты готовился к конкурсу? Кто помогал?

    – Если вдаваться в конкурсные испытания «Учителя года», то он состоит из нескольких этапов, заочного и очного. В заочном нужно написать эссе как раз о том, почему ты решил стать учителем, о твоих взглядах на профессию. Второе испытание заочное – это создать интернет-ресурс, то есть некий портал, некую социальную страницу, куда ты вкладываешь свои наработки, свои идеи, свой опыт работы, свои достижения, достижения учеников, какие-то методики и все прочие фишки учителей. Следующий этап, очный, – это методический семинар, где ты рассказываешь членам жюри о своих достижениях, и открытый урок, где ты работаешь с детьми. Наверное, это самый главный этап оценки учителя.

    – Сейчас уже идет подготовка к всероссийскому конкурсу. В чем отличие, как ты готовишься, когда он будет проходить?

    – Заочный этап уже начался, то есть мы недавно ездили в Москву, писали эссе. Уже началась проверка сайта.

     – А что на твоем сайте?

    – Материалы моих открытых уроков. Сайт разделен на определенные категории пользователей – это родители, ученики и мои коллеги. Сайт представляет собой некую виртуальную методическую копилку, где я выкладываю свои идеи, свои наработки, свои мысли. Есть разделы блога и форума, там, где я представляю свою жизнь, где я побывал, что меня заинтересовало. И, соответственно, форум, где мы можем обсудить в открытом формате с коллегами, с родителями интересующие их вопросы. Сайт активно живет.

    – Много времени приходится на него тратить?

    – На самом деле сайт отнимает очень много времени. Потому что (спасибо родителям и коллегам) форум активно живет и нужно уделить время каждому пользователю, ответить на вопросы. Спектр посещений у сайта очень широкий. Я помню, максимально было около 5 тысяч. Сейчас немножко спадает.

    – Сейчас снова будет расти, так как 1 сентября. Вот ты республиканский конкурс выиграл, а что тебе дала победа? Деньги какие-то, почет, славу, медаль повесили, на педсоветах на тебя показывают?

    – В первую очередь победа в конкурсе – оценка своих возможностей, получение новых навыков и возможность расширить свои горизонты, свои взгляды на профессию в целом. Считаю, этот конкурс на самом деле очень полезный, потому что он повышает престиж учителя. Ведь не каждого профессионала награждает сам президент. Сейчас есть такая традиция, когда победителя награждает Владимир Владимирович Путин.

    – Это на федеральном уровне.

    – Это на этапе России. В любом случае даже победа на республиканском этапе позволяет наладить контакты с учителями самых разных районов республики. Можно оценить условия работы в других районах, методики лучших учителей. Помимо всего этого, это приносит некий резонанс в сфере школы, в сфере учительства. Вместе с популярностью пришел огромный груз обязанностей, который взвалился на плечи. Я чувствую, что сейчас на России нужно выкладываться на 100 процентов, чтобы показать нашу республику в достойном виде, потому что все прошлые годы республика заходила либо в топ-15 лучших учителей, либо в топ-5, либо становилась абсолютным победителем.

    – Я тебе желаю серьезно подготовиться, успехов. Денег дали тебе за победу в конкурсе?

    – Я хотел отойти от этого вопроса (смеется). Но призовой фонд победителя установлен.

    – Материальная часть – это одна из составляющих, которая привлекает талантливых молодых людей в школу. В каких-нибудь грантах ваша школа или ты лично участвуете? Проекты какие-то реализуете?

    – Возможность получения грантовой поддержки для учителей сейчас широка, этим отличается наша республика. Например, есть грант «Наш молодой учитель» для специалистов, которые начинают работать. Для тех, кто приходит из других сфер, предоставляется возможность пройти бесплатную переподготовку. Также предоставляются оснащенный современный кабинет со всем необходимым оборудованием и соответствующая методическая поддержка молодого учителя плюс надбавка к зарплате. Есть также проекты, за участие в которых можно получать финансовые гранты.

    – Категория учителя влияет на уровень зарплаты?

    – Зарплата учителя формируется из базовой части и каких-то стимулирующих надбавок. Соответственно, базовая часть определяется законодательством, а надбавки – это та часть, которая зависит, во-первых, от рейтинга школы, а во-вторых, от самого учителя – участия в профессиональных конкурсах, грантах, победах в проектах, победы его учеников. Все это формирует некую картину учителя, есть система разбалловки: за победу в каких-то мероприятиях получаешь столько-то баллов, и эти баллы увеличат твою зарплату.

    – Эта система прозрачна?

    – Я думаю, она работает. Уровень зарплаты, конечно, зависит от школы. Есть автономные учреждения, есть гимназии, есть обычные школы, есть школы для одаренных детей. Они участвуют в разных рейтингах, соответственно их уровень все-таки позволяет стимулировать учителей и поощрять их в должной мере.

    – Как ты считаешь, учительское сообщество на сегодняшний день довольно уровнем своей зарплаты? Или никогда не хватает, сколько ни дай?

    – Вопрос очень острый. Я все-таки склоняюсь ко второму варианту. На самом деле труд учителя очень многогранный, здесь нужно быть и учителем, и другом, и психологом, и, если нужно, адвокатом, доктором. Тот труд и степень важности того, чем занимается учитель, наверняка подразумевает некую большую финансовую поддержку. Не будем лукавить…

    – Ты хотел бы, чтобы учителя получали больше.

    – Да, именно так.

    – Как к твоей победе отнеслись твои коллеги в школе? Я знаю, что учительское сообщество достаточно ревностно относится к подобным проявлениям. Кнопки на стул не подкладывали?

    – Нет, на самом деле коллектив и даже дети активно поддерживали меня на протяжении всего конкурса. Имя победителя объявили только в последний момент, все с трепетом ждали этого момента. Когда я на следующий день пришел на работу, меня встретили радостные ученики и учителя – они выстроились в живой коридор, хлопали и поздравляли.

    – Какие сегодняшние дети? Ты вообще разрешаешь использовать телефоны на уроках?

    – Нельзя однозначно сказать, гаджеты – это хорошо или плохо, поэтому, если ученик тянется к этой сфере, если он к этому привык, я считаю, нужно применять их на уроках частично. Есть масса полезных приложений, есть масса образовательных ресурсов, есть обучающие игры. Не воспользоваться этим в нашем 21-м веке было бы просто грубейшей ошибкой. Тем более ученик легко усваивает новую информацию, но удержать его внимание, его концентрацию на долгое время – это сложно. Задача учителя – это за короткие сроки дать максимум полезной информации. Я сторонник того, чтобы гаджеты были в школе, но, возможно, с какими-то ограничениями или в каких-то рамках. В вопросе использования интернета есть родитель, ученик и учитель. Вот этот треугольник будет работать. Есть такое понятие – интернет-безопасность, то есть то, что обеспечивает защиту детей от каких-то психологических или физических вредных воздействий. Я думаю, что эту грамотность нужно и в рамках школы, и в рамках СМИ пропагандировать и родителям, и ученикам.

    – Как сконцентрировать внимание ребенка на том, что ты рассказываешь? Как заинтересовать его? У детей сейчас клиповое мышление. Больше 30 секунд ролики в YouTube никто не смотрит.

    – Не секрет, что если найти какого-нибудь советского медалиста и спросить, что он помнит из курса физики или химии, наверняка многие теоретические фундаментальные вопросы уже потеряли свою актуальность. И в памяти остаются какие-то интересные научные явления, какие-то физические законы, которые встречаются в повседневной жизни, какие-то яркие моменты из жизни ученых. Чтобы решить эту проблему, мы работаем по федеральному государственному образовательному стандарту. Это тот документ, на основании которого сейчас уже учатся 7 – 8-е классы. Старшие классы еще продолжают учиться по старой системе, но уже с новыми элементами. В чем смысл ФГОС? Если раньше учитель выступал в роли какого-то транслятора знаний, то сейчас учителя стремятся к тому, чтобы ученик самостоятельно добывал эти знания. То есть первый этап – это смотивировать ребенка. Для этого есть масса разных методик, например то же проблемное обучение: создается какая-то противоречивая или проблемная ситуация, интригующая воображение, и предлагается найти решение этой проблемы самому ученику. При этом у него активизируются мыслительные процессы, и он ищет ответ на этот вопрос. Учебник, конечно, хорош, но только в том случае, если вопрос возник у самого ученика. Таким образом, первая задача – замотивировать ученика, а затем создать такие условия, при которых он может найти ответ на этот вопрос.

    – Сразу ассоциация пришла, что надо яблоко в него кинуть, чтобы он залез и что-то про Ньютона прочитал. Или взорвать что-то в классе, чтобы зацепить его внимание. Ты не проводишь такие эксперименты?

    – Не в такой мере (смеется). Проще задать элементарный вопрос, например, ученикам восьмого класса. Начинать урок с темы, почему человеку нужны мурашки. Или почему кухни народов Кавказа, скажем, или горных географических районов богаты жареным мясом, в то время как у нас это либо мучное, либо супы. Или почему автобус, светофор или будка в Лондоне красные. Ответив на все эти вопросы, можно изучать физику. И я думаю, каждый урок можно выстроить таким образом, чтобы ученику это было интересно.

    – Но какие-то вещи нужно зубрить. В любом случае нужна усидчивость. Какой находишь компромисс?

    – Часть урока уходит на создание приятной мотивационной среды для ученика, а потом на этом заряде, на этом драйве, на этих эмоциях ученик уже проще усваивает информацию. И ему можно дать и математику, потому что решение задач по физике – это всегда математика, и законы физики, и какие-то теоремы, и какие-то фундаментальные базовые знания. Это нужно, чтобы у ученика формировалось научное мышление, логическое видение мира. Как один из инструментов для управления этим процессом выступают оценки.

    – Оценки – это твоя оценка тоже.

    – Да. Как говорят среди учителей, вы ставите двойку не ученику, а самому себе.

    – Деньги могут быть мотивацией?

    – Поощрять детей нужно в любом случае, это один из путей поддержания мотивации. Я еще слышал мысль о том, чтобы вместо оценок давать деньги родителям. Такой подход для меня немножко странноват. Ученик должен понимать, что он ходит в школу не ради оценок, не ради какого-то заработка, он должен реально научиться чему-то новому, получить какие-то умения, навыки, которые ему позволят после школы самостоятельно мыслить, принимать решения и брать на себя ответственность за эти решения. Поэтому финансовое поощрение на каких-то начальных этапах, для учеников начальных классов возможно – может быть, до какого-то определенного момента.

    – Западный ребенок и наш ребенок. В чем отличия и общее?

    – Если брать историю, то, наверное, советское образование считалось одним из самых эффективных и до сих пор признается многими учеными мира. И мы как продолжатели советской системы, несомненно, гордимся той образовательной системой, которая у нас есть, которая у нас была. И недавно слышал такую историю про российских олимпиадников. На международной олимпиаде по математике была такая интересная мысль о том, что наши ученики могут проигрывать в нескольких вопросах, например по скорости вычисления каких-то однотипных задач. Но как только дело касалось какой-то нестандартной задачи, то наши ученики занимали стабильно первые места. То есть в этом вопросе наш ученик все-таки более креативный, творческий и отходит от шаблонов.

    – Есть такое мнение, что посредством ЕГЭ мы убиваем креатив, убиваем творческий подход. Как ты относишься к ЕГЭ как к срезу знаний?

    – Как и в любой другой сфере, можно выявить свои положительные и отрицательные стороны. Если говорить про положительное в традиционной системе сдачи экзаменов, то нужно отметить живое общение с преподавателем. Но в то же время, возможно, были такие случаи, когда субъективный взгляд учителя мог решить какие-то вопросы. В этом вопросе, несомненно, ЕГЭ более объективен. В последние годы у нас везде стоят камеры, совершенствуется сама система сдачи ЕГЭ, совершенствуются сами вопросы. Если раньше ЕГЭ был набором тестовых задач в угадайке, то сейчас это полноценные задачи без тестов. Например (я говорю про физику), это открытые задачи, где нужно вписать число, которое ты получил. Поэтому объективность ЕГЭ растет и выступает как инструмент, позволяющий в целом взаимодействовать школе и университету. Ученик один раз сдал ЕГЭ, и повторно сдавать экзамены для поступления в университет ему не нужно. Это второй плюс.

    – У нас в республике проводится ЕГЭ для учителей. Как ты считаешь, в каком формате это должно быть? Что бы ты поменял?

    – Вопрос оценки учителя очень актуальный. Есть так называемые профстандарты, которые регламентируют, что должен знать учитель, как он должен работать. Этот документ выступает как инструмент взаимодействия между учителем и работодателем, как основа для составления какого-то трудового договора или как оценка эффективности учителя.

    – Давай поговорим про родителей. Они помогают тебе? Сталкивался ли с какими-то конфликтными ситуациями?

    – У любого учителя есть какие-то дни, когда он может свободно принимать родителей. Если у меня есть проблема с каким-то учеником – неуспеваемость или невыполненная домашняя работа, я пытаюсь решить эту проблему с ним как с взрослым человеком. Мы пытаемся выстроить какую-то дорожную карту, по которой с ним будем идти и отрабатывать недостатки. Если это не помогает или какие-то ошибки совершаются постоянно, то здесь нужно уже работать с классным руководителем. В принципе проблемы решаются еще на этапе обсуждения с учеником, поэтому необходимость видеться с родителями возникает лишь тогда, когда нужно похвалить ученика.

    – Классное руководство тебе еще не предложили?

    – Есть классное руководство. Сейчас 11-й.

    – Как ты находишь с ними общий язык?

    – На первый взгляд, вроде разрыв небольшой между мной и учениками, но, несмотря на это, когда я начинаю приводить примеры про большие черно-белые телевизоры, они смотрят на меня такими глазами… Это не наша эпоха. Чтобы выстроить какие-то конструктивные положительные отношения, нужно понимать то, чем живет этот человек, чем он интересуется, что для него является важным. Я стараюсь следить порой за какими-то популярными блогерами, которые являются авторитетными в среде школьников, для того чтобы хотя бы сопоставить какие-то образы или мысли.

    – Монеточку слушаешь?

    – Я знаю такую исполнительницу. Я стараюсь больше быть сканером. Для меня общение с учениками и изучение их интересов – это как раз поверхностное изучение маленьких деталей, каких-то кирпичиков, из которых состоит жизнь ученика. Обладание этой информацией помогает в какой-то мере выстраивать конструктивные отношения с детьми.

    – Как ты считаешь, каким сегодня ученик должен выйти из школы?

    – Этим вопросом я задавался в самом начале, когда только пришел в школу. Когда ты проектировщик, то уже на этапе создания эскиза ты представляешь, каким будет твой исходный объект. И такой же подход у меня был в школе, то есть я думал, каким же нужно воспитать ученика, как его нужно сформировать, чтобы при выпуске из школы он был самостоятельной личностью. Современный ученик – это ученик, который не боится трудностей, который способен ставить перед собой какие-то конкретные задачи и видеть пути, которые приведут его к этой цели, которому не чужды понятия нравственности, морали и чести.

    – Что для тебя толерантность? Когда бородатая женщина побеждает на Евровидении или когда церковь начинает регистрировать однополые браки, это влияет на детей?

    – Глобализация – это процесс, который неизбежен, пока не в наших силах что-то изменить в этом процессе. Со своей стороны я могу дать ученику такой инструмент, такие шаблоны мышления, которые позволят ученику отделять красивую оболочку от содержания, отделять плохое от хорошего, то есть уметь это оценить, пропустить через себя.

    – Мы бы хотели услышать из ваших уст несколько поздравлений и пожеланий в преддверии учебного года для родителей, учеников и учителей.

    – Ученикам 11-го класса желаю плодотворного труда, чтобы они работали засучив рукава, чтобы в поте лица получили те знания, которые им пригодятся, успешно сдать экзамены, не потеряться в этом стремительно меняющемся мире и выбрать свою профессию. Тем, кто только поступает в школу, нашим первоклассникам, я хотел бы пожелать, чтобы они получили какие-то базовые знания, опять-таки человеческие качества. Школа, как ни крути, все-таки место, где даются знания, где дается воспитание, поэтому все, что говорит учитель, в целом обычно направлено на то, чтобы сформировать ребенка гармоничного. Поэтому желаю первоклассникам стать гармоничной личностью, примером для будущего поколения. Родителям нужно понимать ребенка и помогать в его самоопределении.

    – Что бы ты пожелал учителям?

    – Обычно учителям желают послушных хороших учеников.

    – Мы тебя тоже поздравляем с новым учебным годом, желаем хорошей работы, желаем победы, чтобы ты достойно представил нашу республику на федеральном уровне.

    – Спасибо. Буду стараться.

    Подробнее: https://sntat.ru/interview/uchitel-goda-tatarstana-radik-khabirov-ya-storonnik-togo-chtoby-ucheni/

    Реклама
    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: